Историю Санкт-Петербурга и его окрестностей, в том числе города Ораниенбаум, ныне Ломоносов, рассказывает в своём дореволюционном произведении доктор богословия и искусствовед А.И. Успенский. Книга называется «Историческая панорама Санкт-Петербурга и его окрестностей», предисловие Г. Балицкого, 1913 год издания. Сегодня – рассказ об Ораниенбауме из 8-ой части этой книги «Петергоф, Ораниенбаум и Гатчина».

Продолжение. Начало в №№ 3 от 16 января, 4 от 23 января ,  5 от 30 января, 6 от 6 февраля, 8 от 20 февраля и 10 от 6 марта 2026 года.)

ДВОРЕЦ В СТИЛЕ РОКОКО
«Составленное по этому случаю описание дворца сообщает следующие подробности: Во втором этаже шесть комнат, из них в «буфетной» на одной стене резные посеребренные кронштейны, при стене шкафик с створчатыми дверями. Пять дверей в покоях по филенгам расписаны золотом и бронзою и лакированы, а две гладкия без резьбы. В четырёх комнатах коробки с посеребреною резьбою, а по глади по колеру расписаны по-китайски золотом и бронзою и лакированы. В одном покое, кроме того, также украшены двери. На парадной лестнице каменная тумба и железная решётка с золочёным орнаментом, с вензелем и короною. В нижнем этаже пять комнат, в одной из них изразчатая печь. Из нижнего этажа во второй и на чердак ведёт круглая деревянная лестница». В 1872 году в Петровском дворце исправляют лепную работу мастера – Александр Двичев и Ив. Балин, причём художник Адам Эриксон осмотрел «в шести комнатах и на лестнице все старыя лепные работы и камины, и где не доставало, всё это он копировал и делал новые модели из глины в том же стиле рококо». В позднейшее время были поставлены в нижнем этаже дворца и статуэтки солдат – куклы императора Петра III. Пётр Феодорович, будучи великим князем, немало времени уделял на занятия куклами, которыя должны были изображать солдат. Куклы эти были из самого разнообразного материала, и о покупке их часто мы находим сведения в архивных документах».

КАЗНЬ ДЛЯ ВНУШЕНИЯ ПРИМЕРА
«Интересныя подробности об этих забавах Петра Феодоровича передаёт его супруга. Однажды она вошла в комнату его высочества и была поражена необычайным зрелищем: «посередине комнаты была повешена крыса! Я спросила, пишет Екатерина, – что это значит? Великий князь сказал мне, что эта крыса совершила уголовное преступление, наказуемое по военным законам жесточайшею казнию: крыса вскарабкалась на картонную крепость, стоявшую на столе, перелезла через крепостной вал и сгрызла на бастионе двух часовых из крахмала. Великий князь велел судить преступницу военно-полевым судом. Его собака поймала крысу, которую немедленно повесили и которая будет висеть трое суток на глазах публики для внушения примера». Одно время главною забавою великого князя было множество маленьких кукол-солдатиков из дерева, свинца, крахмала и воска, которых он расставлял на узких столах, загромождавших всю комнату; между столами едва можно было проходить. Он прибил вдоль столов узкие медные решёточки, к ним привязал шнурки; если дернуть за шнурок, медныя решётки издавали звук, который, по его мнению, походил на беглый ружейный огонь. С чрезвычайною точностью он чествовал все придворные праздники, заставляя свои войска стрелять ружейным огнём; сверх того он каждый день разводил патрули, брал несколько кукол, которыя должны были играть роль часовых, при чём он сам присутствовал в полном мундире, ботфортах, шпорах и в шарфе. Лакеи, которых он удостаивал присутствовать на экзерцициях, обязаны были являться в полной форме».

ДВОРЕЦ САН-СУСИ
Автор дореволюционного издания «Историческая панорама СанктПетербурга и его окрестностей» А.И. Успенский допустил ошибку. В этой его главе речь пойдёт об имении, первой хозяйкой которого была сводная сестра Петра I-го, царевна Мария Алексеевна. В 1761 году эту дачу купил великий князь Пётр Фёдорович, будущий император Пётр III. Тогда же она получила название Санс-Эннуи, в переводе с французского – «Без скуки». Имение предназначено было для возлюбленной Петра III, его фаворитки Елизаветы Романовны Воронцовой. Название имению было дано по аналогии с дворцовым ансамблем Сан-Суси Фридриха Великого в парке в Потсдаме. В переводе с французского Сан-Суси – «Без забот». Итак, читаем у А.И. Успенского: «Дворец Сансуси. Близ Ораниенбаума очень красиво расположена дача Грейгов, с старинным двухэтажным дворцом, устроенным императором Петром III. У Петра Феодоровича была особая страсть к разного рода строительным сооружениям; но в бытность свою великим князем он постоянно нуждался в деньгах, должал и не мог осуществить своих планов. Сделавшись же самодержавным государем, Пётр делает распоряжения о производстве разных построек, задуманных им заранее. Близ своей любимой летней резиденции – Ораниенбаума – он приказал построить в самом непродолжительном времени дворец и назвал его Сансуси, т. е. именем потсдамскаго замка короля прусскаго Фридриха Великаго. В протоколе Канцелярии от строений, где мы нашли несколько сведений о постройке упомянутого дворца императора Петра III, не говорится, по проекту какого архитектора строился он; но в виду того, что этой постройкой заведывал архитектор Патон, можно с некоторою вероятностью его считать строителем дворца». Дача Грейгов – это усадьба СансЭннуи, бывшая резиденция адмирала Самуила Карловича Грейга. Сейчас считается, что архитектор дачи Грейгов (1722-1723 годы постройки) – Доменико Трезини, а расширением и перестройкой в 1762 году занимался Иван Иванович Косагов.

СОБСТВЕННАЯ ДАЧА
«Императору Петру III не суждено было видеть дворца Сансуси в отделанном виде. Императрица Екатерина II, любившая посещать «собственную свою Бронную дачу», на обратном пути в Ораниенбаум иногда заезжала в Сансуси. Так, 25-го июня 1763 года в среду, читаем мы в камер-фурьерском журнале: «в Ораниенбауме обеденное кушанье ея императорское величество изволила кушать с кавалерами и фрейлинами в 18-ти персонах, а после стола – иметь выход на собственную свою дачу, отстоящую от Ораниенбаума в шести верстах, и смотреть построеннаго там дворца, а оттуда изволила проезжать на дачу же, называемую Самсоновая, где изволила побыть несколько времени, а потом изволила возвратиться в Ораниенбаум». «Собственная своя Бронная дача» – это, вероятно, имелся в виду дворец «Собственная дача», ранее известный как «Бронная дача» в Петергофе, который любила посещать императрица Екатерина II. Это место было её личной резиденцией.

Продолжение следует.
Подготовил Г.ХАЛЕМСКИЙ.
Фото предоставлены автором, livejournal.com, youtube.com, dren.ru.

Среди известных людей, бывавших в городе Ораниенбаум, ныне город Ломоносов, есть Франсиско де Миранда, путешественник, оставивший воспоминания о своём пребывании в Российской империи, в том числе в Ораниенбауме.

Продолжение. Начало в № 9.

РУКОПИСИ НЕ ГОРЯТ
Только в 20-х годах ХХ века венесуэльский историк Караччиоло Парра Перес начал поиски пропавшего архива, но безуспешно. Но очень скоро рукописная комиссия государственного публичного архива Англии направила в Сайренсестер, родовое поместье Батхерстов своего сотрудника для работы с неопубликованными документами, хранившимися в семейном архиве. Архивист увидел на бумагах имя Миранды. Таким образом вся коллекция архива ,в том числе, и документы Миранды были переданы национальной академии истории Венесуэлы для дальнейшей публикации.
С 1929 по 1933 годы изданы 14 томов «Архива генерала Миранды». Позже вышли еще 10 томов, всего 24 тома. Первая серия – «Путешествия» включает тома I-VII и содержит дневники, которые велись в Восточной Флориде, США, странах Северной, Центральной и Южной Европы, Турции, России, переписку, а также другие документы. Вторая серия – тома VIII-XIV – «Французская революция» включила в себя официальные бумаги, личную и служебную корреспонденцию, связанную преимущественно с личным участием Миранды в событиях конца XVIII века во Франции. Тома XVXXIII составили третью серию – «Переговоры», где собраны письма и иные материалы, в большинстве своём датированные первым десятилетием XIX века. Дневники опубликованы на испанском, английском, французском, итальянском и других языках.

Огромный интерес представляют страницы, где речь идёт о посещении Мирандой Швеции, Дании, Голландии, австрийских Нидерландов, немецких княжеств и вольных имперских городов, Швейцарии, северной Италии, Франции, где Миранда держал связь с российским дипломатами. Прежде чем
сказать о записях Миранды, касаемых
Ораниенбаума и ближайших окрестностей, скажем несколько слов о Петербурге и Выборге. Та часть путешествий, которая переведена на русский язык и относится к России – «Дневник путешествий по России» начинается с поездки по Херсону, Крыму, Кременчугу, Киеву, Каневу, Москве и далее – Петербургу, Кронштадту, Ораниенбауму и Петергофу и заканчивается отъездом из России через Выборг.
Мы не будем говорить о долгой дороге Миранды в Москву, отметим лишь самое интересное, связанное с престольной. По дороге к Туле, путешественник упоминал убогость жилищ и грязные ужасные дороги, по которым проехать можно было с великим трудом. Миранда, всегда возивший с собой комплект чистого постельного белья, удивлялся тому, что местные жители вообще не пользуются простынями и не уделяют чистоте и гигиене никакого внимания. Двигаясь всё дальше и дальше по направлению к столице, он посетил арсенал, созданный Петром I. Его как раз начали перестраивать. «Полки сделаны высокие, до самого верха набитые оружием. Проехали и фабрику Баташева, владельца крупной мануфактуры. Баташевы – семья известных русских заводчиков XVIII-XIX веков. Здесь изготовляли цилиндры из металла огромных размеров, с помощью которых раскатывали медные листы для различного рода изделий», – пишет Миранда. Баташев преподнёс Миранде эфес шпаги, инкрустированный золотом. По мере продвижения вперёд к первопрестольной Миранда постоянно сетовал на воровство, лицемерное отношение к нему, бедному иностранцу- путешественнику: «Везде пытаются обмануть, везде пытаются ограбить, да ещё и оскорбить не гнушаются», – жалуется он.

МОСКВА ГЛАЗАМИ ИНОСТРАНЦА
Одиннадцатого мая, наконец, Миранда с товарищами добрались до Москвы. «Город огромный, на 32 версты стоит на возвышенности, окружён садами и бедными лачугами, что придаёт ему некое сходство с Константинополем. Обширнейшие леса и дрова, сжигаемые в печи чуть ли не постоянно – как же лесов, хватает на постоянную топку печей?»- этот вопрос очень интересовал Миранду. Через полчаса по приезду в Москву у слуги Миранды весьма виртуозно украли кафтан. Оставив слугу оплакивать одежду, Миранда зашёл к губернатору города и, не найдя его дома, отправился осматривать Москву самостоятельно. Прекрасные дома и дворцы, построенные в итальянском, французском, голландском, английском стилях очень впечатлили Франциско. Немного портил впечатление ужасающий голод. «Целых три дня я не ел горячей пищи». В одном из домов слуга подал Миранде вчерашний окорок из его же припасов и молока. Горячего супа или хотя бы чаю, который привык пить иностранец по нескольку раз в день, он так и не получил. Посетил Миранда также княгиню Горчакову и императорский воспитательный дом в Москве. Ему очень понравилось, как обучают воспитанников, а также их игры на свежем воздухе и обхождение с ними учителей. В доме проживало 1600 детей сирот. 14 мая стал знаменательным днём, ибо Миранда посетил Кремль.
«Поднявшись по лестнице, которую именуют Красной – то ли по причине цвета, то ли оттого, что в русском языке этим словом обозначают всё самое лучшее, по лестнице этой в былые времена поднимались только монархи, но сама лестница весьма скверная, – пишет Миранда. – Затем мы прошли четыре главных помещения, где хранятся несметное количество одежд, чаш, кубков, столовой посуды, блюд, украшений, корон, золота и серебра». Видел Миранда также трон из золота и серебра персидской работы, инкрустированный драгоценными камнями. Ещё один трон заслуживает внимания – на нём вместе сидели Пётр и Иоанн, а сзади в троне было потайное окошко, через которое их сестра София подсказывала им, что да как нужно говорить, и сама слушала всё, что происходило с её братьями в тронном зале. Первые законы, изданные Иоанном Васильевичем, хранятся в круглом серебряном ларце. Имеется в виду великий князь Иван Третий, при котором составлен первый свод законов русского государства. Потом Миранду пригласили в Теремок – верхний зал, «это была маленькая башенка наверху, куда цари поднимались по ужасной лестнице, чтобы полюбоваться открывающейся оттуда природой». Оружейная палата привела Миранду в восторг. В трёх залах, больших и красивых, хранится оружие – ружья, мечи, сабли прежних царей. Великолепные сёдла, украшенные роскошно. Это в своём роде самая богатая коллекция в Европе. Когда Миранда вышел на парадный плац Кремля, то увидел гигантскую пушку из бронзы, сделанную в форме гаубицы – татарский трофей. Рядом с гаубицей стояли ещё две, отлитые уже русскими мастерами. Посетили и Екатерининскую больницу, она находилась под опекой императрицы, условия терпимы, содержалось здесь около 150 больных, инвалидов и бедняков. Есть женские палаты и отделения для душевнобольных – в них чистота и порядок, констатировал путешественник.
Больше всего Миранду поразили бани. Бани мужские и женские стояли на Москва- реке. Разделяли их деревянные перегородки. Сами стены бань были стеклянными, так что можно наблюдать все прелести моющихся. Из раздевалки моющиеся шли в парильню или на двор, где густо намыливались мылом. Пройдя через толпу моющихся женщин, Миранда поразился тому спокойствию, с которым они все на него взирали. Ни одна дама даже не удивилась. По субботам здесь, бывало, до двух тысяч посетительниц бани, брали с них по 2 копейки за посещение.
И последнее, о чём стоит сказать, касаемо Москвы – это главный архив, где хранятся все наиболее интересные и примечательные документы монархии. Там Миранда тоже побывал. Посетили и библиотеку Миллера, который будучи историографом России, занимался устройством указанного хранилища. Видимо, это тот самый Миллер, из библиотеки которого Пётр Третий приобрёл книги для своей коллекции книг в Картинный дом. Архив интересен тем, что в нём хранятся документы по разным странам, начиная с 1262 года. Видимо, в то время многие документы и пришли в негодность, так как условия хранения были ненадлежащие. В этом архиве Миранда видел документ, где Пётр подтверждает законность своих притязаний перед всей Европой. Путешественник сделал копию на русском языке. Особенно интересны письма, черновики, памятные записки Петра I, составляющие 13 томов и дающие более-менее ясное представление о методах правления, характере, намерениях этого человека. Узнал Миранда также о трости, которую заказал государь сделать с набалдашником, украшенным изумрудами и бриллиантами, а также с гербом Меншикова, для которого этот подарок и готовился.
Продолжение следует.
Д.САКУЛИНА,
Фото: wikipedia.org.