Среди известных людей, бывавших в городе Ораниенбаум, ныне город Ломоносов, есть Франсиско де Миранда, путешественник, оставивший воспоминания о своём пребывании в Российской империи, в том числе в Ораниенбауме.

Продолжение. Начало в №№ 9, 10, 11.

Елисаветы дело и творение

После кофе со сладостями из этой самой лавки Франциско и его свита отправились на обед, а после него к Большому каналу Петра Первого. Канал в длину полтора примерно километра, в ширину 32 метра, и 11, 5 метра в глубину. Здесь Миранда говорит о том, что на канале должна возвышаться фигура Петра Великого, подобно Колоссу Родосскому. Понравилось Франсиско и то, что память о предыдущих правителях сохранялась в сердце Кронштадта. У входа в канал было два небольших деревянных обелиска с надписью «Елисаветы дело и творение» и пояснение, что вода была пущена в канал впервые в 1752 году во время царствования и присутствия Елизаветы Петровны. И яхта императрицы оказалась роскошной и очень красивой внутри. А казармы были такие большие и удобные, и их было так много, что поместился бы весь состав российского ВМФ, говорил Миранда. Адмирал Грейг сообщил ему, что на сегодняшний день эскадра состоит из 42 линейных кораблей и 20 фрегатов. На следующее утро Миранда соблаговолил осмотреть лазареты. Из 500 больных примерно 90 были с некрасивыми болезнями. Кухня и помещения, которые, как оказалось, летом белили и тщательно проветривали перед зимой, весьма впечатлили иностранца. А на время ремонта больных переводили в летний госпиталь.

Жаль, что домик-дворец Петра Первого пришёл почти в негодное состояние, сетовал Франсиско. Этот дворец был самым первым зданием на острове, деревянным, конечно, со временем дерево обветшало и разрушилось. Сохранились внутри лишь обломки кровати, зеркало и домашние туфли Петра. Кадетский корпус для 600 кадетов и 200 гардемаринов включал в себя не только классы и жилые помещения, но и обсерваторию, летом воспитанники находились в специальных лагерях. Изучали они в учебное время английский, французский, немецкий языки, конечно же, русский, а математику штудировали по Евклиду. Всего в корпусе пять рот по 120 человек. Ротами командовали капитан, капитан-лейтенант, лейтенант, секунд-поручик – это как бы поручик, подчинённый первому поручику, его правая рука – и прапорщик. Занятия длились 4 часа утром и 4 часа вечером. Обучение начиналось с 7-летнего возраста и заканчивалось в 17 лет. Для того, чтобы стать офицером, юноша должен был сдать экзамен по 33 предметам и принять участие в двух военных мероприятиях за пределами Балтийского моря.

Посетили путешественники и деревню Толбухино, и Толбухин маяк. Толбухин маяк – один из старейших российских маяков, построенный по приказу Петра I, строительство окончено в 1719 году. Установлен на искусственном каменистом островке площадью 70 на 70 метров, лежащем в 2,8 мили от западной оконечности острова Котлин. На сегодняшний день маяк внесён в реестр объектов культурного наследия регионального значения, а также вместе с фортами Кронштадта входит в список объектов всемирного культурного наследия ЮНЕСКО. Поскольку для сооружения каменного маяка требовались значительные материальные затраты и квалифицированные каменщики, коих было недостаточно, с согласия Петра I было принято решение о постройке временного деревянного маяка. Строительство первого деревянного сооружения было закончено 7 августа 1719 года под руководством капитана I-го ранга Эдварда Лейна. Первоначальное название маяка — «Котлинский». В 1736 году переименован в «Толбухин», в честь полковника Федота Семёновича Толбухина начальника гарнизона Кроншлота, первого коменданта Кронштадта, отличившегося при обороне Котлина во время Северной войны. В этом же году адмиралтейств-коллегией было принято решение о строительстве нового каменного маяка, однако сперва на месте старого обветшалого в 1737 году был поставлен новый временный деревянный маяк. Вплоть до утверждения императором Александром I в 1807 году «Положения о содержании маяков и штате маячной команды», маяк представлял собой временное деревянное сооружение. Появившуюся должность директора маяков в Адмиралтейском департаменте занял деятельный капитан 2-го ранга Л. В. Спафарьев. Он возобновил тему строительства каменного маяка, разработав проект и смету на его постройку, скорректированные затем главным адмиралтейским архитектором А. Д. Захаровым. В 1809 году было начато сооружение каменного маяка, а к сентябрю 1810 года были возведены круглая башня из кирпича, цоколь из гранита, караульный дом и баня.

До Ораниенбаума – на вёслах

После ужина и ночлега путешественники вышли на вёслах до Ораниенбаума. Пройдя семь вёрст, прибыли ко дворцу А.Д. Меншикова. Подошёл слуга с ключами и отворил двери во внутренние покои дворца. Внутренние покои иностранца не впечатлили, всё было очень простенько, а вот чудесный вид из окна на залив очень радовал взгляд. Недалеко от дворца стояло небольшое здание, где хранилась коллекция довольно плохих, по мнению Франсиско, картин. Только один портрет Карла 12 в полный рост со шпагой и шляпой был недурён и интересен. Видимо, речь шла о Картинном доме Петра Третьего. Театр-комедия, то есть Оперный дом, был на ремонте.  Китайский дворец, где жила Екатерина II, ещё будучи великой княгиней, сиял нарядными комнатами и мебелью. Предметы, украшавшие дворец, привезли прямо из Китая. В основном зале плафон изображал китайские свадьбы.

Побывал Миранда и в крепости Петерштадт, созданной для развлечения на возвышенности в саду. Внутри сохранились казармы для гарнизона и дом, где Пётр III наслаждался своей возлюбленной Елизаветой Воронцовой. Домик крохотный, в нём только картины и кровать. После спустились к горке, на ней катались на специальных санях. По обе стороны от склона тянутся колоннады, образующие две длинные террасы, где могут разместиться целых 15 тысяч человек зрителей. Террасы увенчаны павильоном. Добрался пешком Миранда и до горы Бронная, преодолев приличное расстояние. Здесь, с горы он наблюдал прекрасный вид на залив и обедал по-пастушески: обед состоял из фруктов, хлеба, молока, которые дал ему садовник. На горе располагались две деревни. С великим сожалением покинул иностранец красивое место и отправился в Ораниенбаум по нижней дороге, идущей вдоль моря. По пути ему попался маленький домик императрицы «Монрепо», также дом адмирала Грейга, и потом дом Головкина. Не отдыхая, Миранда прямо из Ораниенбаума отправился в Петергоф. Кроме фонтанов Миранда впечатлился комнатой в Большом дворце, где были собраны портреты российских монархов. В другой комнате дворца висели шесть огромных полотен с изображением Чесменского сражения. А бальная зала была просто великолепна. Покои трёх малолетних великих княжон, недавно для них обустроенные, удобны и просторны, хотя и просты. Часовня, расположенная в одном из крыльев дворца, была соединена с ней террасой. Удивительные фонтаны с многочисленными статуями и обилием воды. Из пасти змей, обвившихся вокруг рук двух гладиаторов, бьют сильные струи воды. Самсон раздирает пасть льву, неподалёку две небольшие закрытые лоджии, справа – нечто вроде карусели с птицами, которые поют и машут крылышками благодаря гидравлической машине, позади — маленький пруд, где ещё одна машина заставляет плавать и крякать деревянных уток, а слева- орган.

В небольшом же павильоне «Монплезир», устроенном на берегу моря Петром Первым, видел иностранец забавные вещи. Например, фламандскую миниатюру, изображающую одетого в народный костюм Петра, который пьёт и домогается внимания какой-то крестьянки. В доме стояли кровать и канделябры. На берегу моря устроена терраса, а под большим деревом настил, где накрывали завтрак. Заглянул Миранда и в чистую и уютную кухоньку, где императрица Елизавета сама иногда готовила кушанья.

Продолжение следует.

Д.Сакулина.

Фото: wikipedia.org.