Историю Санкт-Петербурга и его окрестностей, в том числе города Ораниенбаум, ныне Ломоносов, рассказывает в своём дореволюционном произведении доктор богословия и искусствовед А.И. Успенский. Книга называется «Историческая панорама Санкт-Петербурга и его окрестностей», предисловие Г. Балицкого, 1913 год издания. Сегодня – рассказ об Ораниенбауме из 8-й части этой книги «Петергоф, Ораниенбаум и Гатчина».
Продолжение. Начало в № 3.
У князя в Ранибоме
«В Большом ораниенбаумском дворце нередко бывал Пётр I. Согласно камер-фурьерским и походным журналам, посещения Ораниенбаума Петром I начались с 1714 года. 6 марта этого года государь «был в деревне у светлейшего князя в Ранибоме». Был здесь Пётр 15 октября 1714 года. 22 сентября (вместе с Екатериной) 1715 года и т.д. Иногда в ораниенбаумском дворце у Меншикова государь оставался ночевать. По смерти Петра I императрица Екатерина I также посещала Меншикова летом в Ораниенбауме. Так, 24-го июля 1725 года «ея величество изволила ездить со всем своим двором в Оранибом к генерал фельтмаршелу светлейшему князю Меншикову и там изволила кушать». Была здесь государыня и 12-го августа упомянутого года. Летом 1727 года в Ораниенбауме у Меншикова гостят император Петр II и великая княжна Наталия Алексеевна. А.Д. Меншиков очень любил Ораниенбаум и лето обычно проводил в нём. На основании хранящегося в архиве министерства иностранных дел дневника А.Д. Меншикова последние дни пребывания князя в ораниенбаумском дворце представляются так: 17 августа 1727 года князь А.Д. Меншиков после опасной и продолжительной болезни поехал со своим семейством отдохнуть в свой любимый Ораниенбаум, куда и прибыл 19-го в субботу в 6-м часу пополудни. «Тогда была пушечная стрельба, и в том же часу его светлость изволил идти опочивать и в 9-м часу встать, в 10 сесть кушать, в 11 опочивать». Вставал Меншиков обычно в 5-7 часов утра. 20-го князь слушал обедню и принимал архиепископа новгородского Феофана Прокоповича, который был также и 22-го. 21, 23 и 24 Меншиков смотрел происходившие в новой церкви работы, отделка которой составляет особую заботу князя. 28-го августа у его светлости обедали министры Вольфенбительский и Бланкенбургский, генерал-майор Сенявин, гофмаршал Шепелёв, шталмейстер Кошелев, гофмейстер Елагин, архиепископы Феофан Прокопович и Феофилакт тверской. В этот день и 29-го князь ходил в новую церковь. 30-го, в день ангела Александра Даниловича, у него в Ораниенбауме были гости: Сиверс, Гордон, генерал-лейтенант Алексей Волков, генерал-майоры князь Шаховский, Нарышкин, Фаминцын, Сенявин, бригадир Блеклой, шталмейстер Кошелев «и прочие господа морские офицеры – его светлость поздравляли с тезоименитством». «В 12 часов князь отправился к литургии, по окончании ея в параде Черниговского пехотного полка выстрелено из мелкого ружья по 3 патрона, потом была пушечная стрельба из собственных пушек». Во 2-м часу дня состоялся обед, после которого князь лёг спать. Вечером до 10-го часа играли в карты и шахматы. 1 и 2 сентября Меншиков снова посещал новую церковь, в последний раз провёл здесь два часа с 4 до 5 часов дня, несомненно, делая указания, как всё нужно приготовить к следующему дню – к освящению храма. Отсюда князь «пошёл в мыльную».
Последняя ночь
«Торжество освящения в дневнике описывается следующим образом: 3-го сентября, в воскресенье, «его светлость изволил встать в 6-м часу и, вышед в предспальне, изволил одеваться и слушать заутреню; у его светлости были канцлер граф Головин, тайный действительный советник князь Голицын, генерал-лейтенант Волков, генералы кригс-комиссары Головин, Чернышев, Бестужев, Макаров, ген.-майор князь Шаховский, Сенявин, сенатор Нелединский, Ив. Льв. Нарышкин, президенты – кн. Голицын, Сухотин и прочие господа штаб и обер-офицеры; во 2-м часу его светлость изволил с оными господами идти в церковь, и, когда началось освящение церкви во имя св. Пантелеимона, тогда была пушечная стрельба, по окончании освящения во время начатия литургии паки была пушечная стрельба; тогда его светлость изволил прийти в свои покои; в то время были генерал-адмирал гр. Апраксин, адмирал Сиверс, генерал-лейтенант Дм. Мамонов, генерал-майор Нарышкин и прочие вышеописанные господа; во 2-м часу пополудни сели кушать подле предспальни; у его светлости кушали министры и генералитет, некоторые из Сената и из штаб-офицеров; в палате – подле предспальни – архиереи Феофан, архиепископ новгородский, Игнатий коломенский и каширский, архимандриты и прочие духовные персоны; во время того кушанья была пушечная стрельба и великая музыка; в 4-м часу откушали. В 8-м сели (снова) кушать, в 9-м откушали, в 10-м его светлость изволил идти опочивать». Это была последняя ночь, проведённая Меншиковым и его семейством в их любимом Ораниенбауме. На следующий день у князя обедали князь Голицын, Дмитриев-Мамонов, Чернышев, князь Шаховский, Сенявин, Иван Львович Нарышкин, президент князь Голицын. «Во 2-м часу пополудни, читаем мы в дневнике, князь, откушав, изволил немного опочивать, и в 3-ем часу путь восприял с своею фамилиею в Петергоф; тогда была пушечная стрельба». Чувствовал ли Меншиков, что это было его прощание с Ораниенбаумом. Ни князь, ни его семейные уже более никогда в жизни не были здесь. В сентябре 1729 и в 1730 гг. прекрасная мебель и вся обстановка, украшавшая петербургский и ораниенбаумский дома Меншикова, были взяты в Москву, «в дом его императорского величества». В 1748-1751 гг. обер-архитектор граф де-Растрелли производил перестройку Меншиковского дома в Ораниенбауме. В это время «во дворце строилась галерея, делалась крыша на воротах». В 1753-1754 гг. в ораниенбаумском дворце работают «живописцы» Валериани и Антонио – последний до 1758 года. Валериани при писании плафона в зале помогают живописный мастер гоф-интендантской конторы Поспелов и живописец Пётр Семёнов, состоящий при мастере Вишнякове. Золотарную работу во дворце исполняют золотарные мастера Лепринц и Липман».
Продолжение следует.
Подготовил Г.Халемский.
Фото предоставлены автором, Wikipedia.org, gallerix.ru, proza.ru.
